Возвращаясь к конкурсу Чайковского. А также в области балета мы впереди планеты всей…

В разгар XV конкурса Чайковского Ольга Бородина в своём интервью произнесла сакраментальные фразы: по большому счету русской вокальной школы никогда и не было, мы всегда всё у кого-то заимствовали. Может быть, наконец, стоит всё то, что мы за эти годы заимствовали, объединить в одно целое, учитывая нашу русскую душу, наш богатый обертонами голос, и попытаться создать русскую школу?

Создать русскую вокальную школу… Легко сказать… Тем более, что основная проблема состоит не в отсутствии русской школы (которой, на мой взгляд, действительно нет!), а в недостатке вокальной школы у современных русских певцов в целом. Однако откровение Ольги Бородиной выразило вопль души очень многих.

На третьем туре конкурса Чайковского у вокалистов победа Азии над Европой, во всяком случае, среди мужских голосов, была полной и безоговорочной. Потому что рядом с азиатами, в большинстве случаев обучавшихся в Европе, нашим певцам не хватало слишком многого. За исключением Светланы Москаленко, (да и то с погрешностями) ни у одного из наших участников не было такой выучки — идеальной чистоты интонации, ровности звучания голоса, техники владения певческим аппаратом. Не было такого понимания стиля.

Наверное, участвовать в третьем туре имел право каждый из выбранных вокалистов — разве что Дмитрий Григорьев затесался в достойную мужскую компанию каким-то странным образом. Но, кроме великолепных азиатов, общий уровень звёздным назвать трудно.

Совсем молодая (21 год) Мане Галоян из Армении– певица с очень красивым голосом, но с излишней вибрацией. Чистота интонации оставляет желать лучшего. Верх звучит отлично, середина – не слишком внятно.  Вроде бы и артистична, но временами в «письме Татьяны» заставляла поскучать. А на гала–концерте её вальс Джульетты был тяжеловат, в старательной русской манере пения.

Антонина Весенина, солистка Академии молодых певцов Мариинского театра: голос крепкий, тембр красивый, темпераментна. Но … проблемы с чистотой интонации. В арии Царицы ночи попадания были не идеальны. Зато нажим агрессивности на гала-концерте перехлёстывал все стилистические границы. Ария Шемаханской царицы тоже с огрехами: фиоритуры не пластичны, певица не выпевает их, а просто проскальзывает. А каденция была так безбожно растянута, что, казалось, её так и не допоют из-за необходимости слишком обстоятельных пауз для   дыхания.

Юлия Маточкина, получившая 1-ю премию — обладательница очень объёмного, богатого обертонами голоса – работала на сцене слишком заметно, особенно на гала-концерте в арии Дидоны из «Троянцев».   Кантилена и сильные верха в арии Принцессы из «Адриены Лекуврер» звучали хорошо. Но – те же проблемы чистоты интонации. И какая-то очень тяжёлая, низковатая позиция в арии Иоанны из «Орлеанской девы» — начало слушать было просто физически трудно. Вообще наши певцы на сцене больше работают, чем свободно музицируют.

Светлана Москаленко с её не самым тембрально богатым сопрано была светлым пятном среди женщин в отношении чистоты интонации и ровности звуковедения. В арии Шемаханской царицы техника фиоритур отменная, всё пропето пластично и музыкально. Хорошая гибкая кантилена. Оффенбах — артистично и стильно, хотя чуть больше вокального и актёрского разнообразия в разных куплетах не помешало бы. В финальном концерте и Светлана тоже грешила интонацией и чуть заметным несмыканием на пианиссимо, но в целом её Лакме была на достойной высоте.

О Григорьеве и говорить как-то неловко: глухой звук формируется у певца где-то в затылке, всё вязко и однообразно. Стилистической разницы между Чайковским и Верди ровно никакой. На гала-концерте в арии Гремина звук более-менее оформился, но школьное пение по слогам без малейшего движения в музыке имело унылый вид.

Тенор из Китая Чуаньюэ Ван очаровал ровностью плотного, звучного голоса, напрочь лишённого приторной сладости. У певца идеальный русский язык. Замечательно интонирует фразу во второй арии Ленского, ведёт мелодию к кульминации свободно, полётно и поэтично. Ария Рудольфа – очень тёплая и естественная. Удивительно правильное звукоизвлечение и чистота интонации.

Хан Сын Ю – Корея –светлый баритон, соединяющий металлический блеск с мягкостью. В арии Елецкого временами в голосе звучали теноровые обертона. Арию Энрико из «Лючии ди Ламмермур спел в более крепкой манере. В стретте немного «поддавал», не теряя при этом редкостную точность интонации.

Баритон Ариунбаатар Ганбаатар (первая премия и гран при)– красивый, статный, с полным объёмным голосом бархатного тембра и абсолютной вокальной свободой оказался бесспорным победителем. Хорошо поданный   текст в арии Елецкого, звонкие благородные верха и плотная кантилена, даже лучшая в русской арии, нежели в арии Ди Луна из «Трубадура», где было больше расчёта на эффект, пленили слушателей. Обаяние артистической личности в нём — несомненно.

Вот так мы приплыли к финалу. Распределение призов — дело очень условное. Чуть выше, чуть ниже по итогам – не имеет для певческого искусства большого значения. А вот то, что из российских претендентов на первых двух турах некого было выбирать (или было?), симптом более чем тревожный.

                                                                                  Нора Потапова, июль 2015 г.